Вот так книга!
«Прошлое повсюду. И глубоко внутри нас». Отрывок из романа «Музыка крыльев»
3 июня 456 просмотров
Вот так книга!
«Прошлое повсюду. И глубоко внутри нас». Отрывок из романа «Музыка крыльев»
3 июня 456 просмотров

Дарья Гордеева
Дарья Гордеева

«Музыка крыльев» — новый роман Дэвида Алмонда, писателя, которого уже прозвали классиком современной детской литературы. Произведения Алмонда изящно сочетают в себе реализм и магию, они помогают подросткам иначе посмотреть на мир и самого себя.

Главная героиня романа «Музыка крыльев» — Сильвия — вместе с мамой приезжает в глухую деревню где-то на севере Англии. Здесь совсем нет связи, а из развлечений — разве что прогулки по вересковым пустошам. Однажды ночью Сильвия слышит таинственную музыку — и в попытках разгадать ее происхождение открывает для себя загадочный мир прошлого.

Публикуем отрывок из романа в переводе Ольги Варшавер.

Мама с Андреасом Мюллером сидели рядом на скамье перед его столиком.

— Сильвия, иди к нам! — позвала мама. — Посмотри!

Низкая калитка. На столике чайник с чаем, кувшинчик с молоком, несколько кружек. И те самые камни с подоконника. Только оказалось, что это не обычные камни, а лезвия и топоры, разные древние инструменты. Прежде она такое видела разве что на фотографиях.

— Знакомься, Сильвия, это герр Мюллер, — сказала мама. — Герр Мюллер, это Сильвия.

— А мы уже познакомились. — Андреас протянул руку.

Сильвия эту руку пожала:

— Здравствуйте.

— Андреас о тебе уже всё знает, я рассказала, — добавила мама.

— Так уж и всё? — Андреас усмехнулся, Сильвия покраснела. Все заулыбались.

— А меня он помнит! — сказала мама.

— Как это?

— Он был здесь, когда я родилась. И когда уезжала.

— Ты крошка была. Милашка, как любой пупс. Но вспоминать особо нечего. Родилась и уехала.

— Зато Андреас всё это время жил здесь! Представляешь, Сильвия? — Мама засмеялась. — Даже не верится!

Андреас улыбнулся. С виду старик совсем хрупкий. Он вдохнул поглубже, и воздух тихонько забулькал у него в горле:

— Я в этом прекрасном месте поселился задолго до твоего рождения. Тут мой дом, моё прибежище. Хочешь чаю?

Она села к столу на табурет-чурбак. Андреас налил ей чаю в кружку. На боку кружки парили стрижи.

Она отпила глоток. Вкусный чай.

Андреас взял один из камней — плоский чёрный камень со скруглённым краем занимал почти всю его старческую, дрожащую ладонь.

— Это кремень, — сказал он. — Древний скребок. Держи-ка, Сильвия.

Она приняла у него камень.

— Мы полагаем, что им соскабливали мясо, плоть, когда обрабатывали кожу или мех. Осторожнее. Край очень острый.

Она разглядывала кремень.

— Ему примерно пять тысяч лет, — пояснил Андреас. — А то и больше.

Скребок, гладкий и мирный, покоился у неё на ладони. Округлый край заточен как нож.

— Я хочу тебе его подарить, — сказал Андреас.

— Мне? — Она удивилась.

— Да. Маленький знак приветствия.

Кремнёвый скребок был так красив, так гармоничен, так мастерски выделан. Она попыталась представить, как соскребает им плоть зверя со шкуры, но не смогла. Какая она на ощупь, эта шкура? Будет ли кровь? А запах?

— Вы уверены? — спросила она.

— Да. Хотя, конечно, я не дарю, а передаю. Ты потом тоже передашь. Посланьице из далёкого туманного прошлого. В будущее.

Она не знала, что сказать.

— Спасибо, — произнесла она наконец. — Я буду его беречь.

— Может, им пользовался кто-то вроде тебя, Сильвия.

Вроде меня? В древности была девочка, похожая на меня?

— Эти предметы ждут, чтобы их нашли, лежат под землёй, но совсем близко, — продолжил он. — Их много. Они остаются на поверхности, когда фермеры пашут поле, когда кролики роют норы. Если поскрести землю, непременно найдёшь.

Сильвия потрогала другие камни.

— Прошлое повсюду, — сказал Андреас. — Прямо под ногами. И глубоко внутри нас.

Сильвия пыталась представить себе людей, которые смастерили эти инструменты, которые ими пользовались… Нет, не получается.

— Они были такие, как мы, — сказал Андреас. — Люди прошлого.

— Такие, как мы?

— И телом, и разумом схожи, — сказал он. — Я помню твою маму младенцем, но пять тысяч лет назад младенец выглядел ровно так же. И девочка пять тысяч лет назад могла выглядеть точно как ты. Одета, конечно, по-другому и с другим именем, да и окрестности были иные, но девочка такая же. То же тело. Тот же ум. Тот же человек.

Неужели правда?

— Возможно, — сказал Андреас, — древняя Сильвия сейчас совсем рядом, под землёй.

Она взяла другой камень — блестящий, коричневый, более длинный и узкий, с заострённым концом.

Попыталась представить, что её руки вовсе не её, а той, древней Сильвии. И древняя Сильвия сейчас держит в руках этот нож.

— Осторожней, — сказал Андреас.

Но поздно. Она коснулась ножа указательным пальцем. Острее бритвы. Острее жала. На пальце, на крошечном разрезе, сразу выступила кровь. Красная капля. На её коже и плоти. Мама ахнула.

— Сильвия!

Она схватила руку Сильвии и поднесла к губам, словно собираясь лизнуть, — она всегда так делала, когда Сильвия была маленькой.

Сильвия рассмеялась. И слизнула каплю сама. Скоро кровь остановится. Интересно, чью ещё плоть разрезáл этот нож за свою долгую жизнь?

— Идеальное лезвие, — сказал Андреас. — За столько веков не затупилось.

Он протёр древний нож салфеткой и снова заговорил:

— Как и мы, они создавали инструменты, чтобы творить, и инструменты, чтобы убивать. Забирай и его.

Он протянул ей нож.

— Вам он точно не пригодится? — спросила мама.

— Если ты как мать не против, пусть берёт, — ответил Андреас. — У меня их много. Они тут не редкость. А девочка теперь знает, что с ним надо поосторожнее.

Сильвия бережно взяла нож в руки.

— Очень красивый, — сказала она.

— Твоя правда. А вот здесь будешь его хранить, чтоб не пораниться ненароком.

Он протянул ей чехол из мягкой коричневой кожи. Она засунула нож внутрь.

— Сильвии в нашем краю неуютно, — сказала мама. — Слишком тихо и слишком темно.

Андреас засмеялся.

— Да уж, с непривычки-то… Но не тревожься. Привыкнешь.

Сильвия пожала плечами.

— На самом деле, — продолжил Андреас, — тишины не существует. Да и темноту без света разве сыщешь?

Она промолчала.

Взрослые заговорили о тех временах, когда в деревне жили лесники и их семьи. Она не встревала. Смахнув с пальца засохший сгусток крови, она смотрела на крыши домов, на лес, на пустое небо — снова силилась представить себя здесь пять тысяч лет назад. У той девочки было точно такое же тело? А разум?

Неужели она, Сильвия Карр из двадцать первого века, которую тревожат бесконечные войны, дурные политики и глобальное потепление, которая живёт надеждой на то, что всё однажды изменится… неужели она может быть Сильвией Карр из древности?

Продолжение истории читайте в книге «Музыка крыльев»

Похожие статьи