«Тайна пропавшего академика» — детский детектив, где ребят ждут захватывающие расследования, тайные встречи в шалаше и ночные вылазки на «место преступления». Главные герои — смелые подростки, которые готовы распутывать самые сложные тайны.
Это вторая книга новой серии детских детективов «Черная лапка», отсылающая к атмосфере 90-х и 00-х, но рассказанная языком, близким сегодняшним подросткам. Вас ждут отличный юмор, колоритные персонажи и хитроумный сюжет.
Принесли отрывок из новинки.
Глава 1. Глубокой ночью
— Ты чего там, Димка, застрял? — поторопила брата-близнеца Маша.
— Зацепился, — ответил сдавленным шепотом брат.
— Вечная история! — всплеснула руками Маша.
— Лучше бы помогла, — обиделся Дима. — Тут какая-то колючая проволока.
— Откуда ты ее взял? — спросила сестра.
— Мне-то почем знать, — тщетно пытаясь освободиться, с раздражением пробормотал Дима. — Можно подумать, что я нарочно ее сюда принес и оставил для будущего собственного удовольствия.
— Как ты мне надоел! — С этими словами Маша поспешила на помощь брату, но не успела она еще достигнуть забора, как раздался треск рвущейся ткани.
Из кустов вынырнул тощий долговязый Димка.
— Отцепился без твоей помощи, — с облегчением выдохнул он.
— Это я заметила, — с трагикомическим видом покачала головой Маша.
— Чего ты еще там заметила? — хмуро осведомился брат-близнец. — Между прочим, я вполне грамотно отцепился.
— В общем-то да, — в том же тоне продолжала Маша. — Конечно, если не считать, что теперь у твоей любимой маечки не хватает небольшого кусочка.
Так оно и было. Из совсем новой майки был выдран солидный клок. Мальчик сперва расстроился. Затем быстро себя успокоил:
— По-моему, Машка, теперь стало даже более стильно.
— Ну если тебе нравится, то никаких проблем, — усмехнулась девочка. — Ладно. Пошли. Нас же Петька и Настя наверняка заждались. Никогда с тобой, Димка, вовремя не поспеешь.
— Успеешь тут, — машинально теребя дырку на майке, ответил брат.
— Если ты, Димка, не прекратишь, — внимательно следила за его манипуляциями сестра, — то скоро вообще без майки останешься.
— Очень остроумно, — огрызнулся брат и, оставив в покое дырку, пошел вперед.
Старый дачный поселок Красные Горы, в котором, заметим, не было не только ни одной горы, но даже пригорка, утопал в густых сумерках. Вообще к середине июня в Подмосковье наступают почти что белые ночи. Однако сегодня небо заволокло тучами, и ночь выдалась куда темнее обычного.
— Для полного счастья нам только дождичка не хватает, — поглядел с беспокойством на затянутое тучами небо Димка. — Тогда уж я наверняка простужусь.
— Прекрати ворчать, — отмахнулась Маша. — И вообще, — вдруг понизила она голос, — ты лучше вон туда взгляни.
— Куда? — с удивлением уставился на нее Димка.
Маша молча указывала пальцем на старую дачу, мимо которой они как раз проходили. Несмотря на поздний час, окна первого этажа были ярко освещены.
— Чего это он… — вырвалось у Димы.
— Тише ты! — приложила палец к губам Маша. — Хочешь, чтобы нас тут застукали?
Димка решительно покачал головой. Затем скороговоркой шепнул:
— Линяем отсюда.
Близнецы хотели уже укрыться в лесистой части участка, чтобы попасть оттуда в соседний переулок, когда из дома послышался крик. Мальчик и девочка замерли. Свет в окнах погас.
— Что это было? — прошептал Димка на ухо Маше.
— Не знаю, — одними губами отозвалась девочка.
Затаившись, оба чутко прислушивались к наступившей вновь тишине. Минуту спустя Димке и Маше уже казалось, что крик им послышался. Неясным оставалось одно: почему так резко погас свет в окнах. Но близнецы и этому быстро нашли объяснение. Одинокий хозяин дачи мог допоздна читать. А сейчас его наконец сморил сон. Вот он и выключил свет.
— Пошли, — поманила вперед брата Маша. — Теперь мы еще сильнее опаздываем.
Димка последовал было за сестрой, но его вдруг одолели сомнения:
— Стой, Машка.
— Ну чего еще? — с возмущением поглядела на него девочка.
— А вдруг ему стало плохо? — многозначительно произнес Димка.
— Кому? — не дошло до сестры. — Альберту Поликарповичу, естественно, —
назвал по имени-отчеству одинокого хозяина дачи мальчик.
— Обожаешь ты всякие ужасы придумывать, — покачала головой Маша. — Ну почему, скажи на милость, он должен был почувствовать себя плохо именно в тот момент, когда мы с тобой совершенно случайно оказались ночью возле его дачи?
— Плохо людям всегда становится неожиданно, — назидательно изрек Дима. — Иначе никто бы не помирал.
— Во отмороженный! — покрутила пальцем возле виска Маша. — По-твоему, Димочка, значит, выходит так. Альберту Поликарповичу стало плохо. Он для порядка сперва заорал, чтобы предупредить весь поселок. Потом погасил свет. Чего, мол, зря электричество тратить, если все равно помираешь? Ну а затем аккуратненько лег и умер.
— Почему обязательно умер? — возмутился Димка. — Я лично как раз склоняюсь к тому, что он пока еще жив. И наш с тобой, Машка, долг Альберта Поликарповича спасти.
— Интересно, каким образом ты, Димка, спасать его будешь? — спросила Маша.
— Для начала подергаем дверь, — отвечал брат. — Вдруг она вообще не заперта. А если не поддастся, то залезем в открытое окно на первом этаже. И вызовем по телефону скорую помощь.
— Ну да, — скривила губы в усмешке Маша. — А если представить себе другую ситуацию: Альберт Поликарпович читал, а потом случайно заснул. Ему приснился кошмар. Он начал орать и очнулся от собственного крика. Потом Альберт Поликарпович погасил свет и снова заснул. А мы с тобой, Димка, влезаем к нему в окно. Альберт Поликарпович просыпается…
Маша на мгновение умолкла. Затем быстро добавила:
— Думаю, после подобного пробуждения ему и впрямь скорая понадобится. А когда нашей бабушке сообщат, что мы с тобой ночью залезли на чужую дачу, — вкрадчивым голосом продолжала Маша, — придется вызывать еще одну скорую.
— Может, ты и права, — неуверенно проговорил Дима.
— Не может, а точно, — стояла на своем девочка. — И вообще, бежим к ребятам. Они уже, наверное, волнуются.
— Ладно, — сдался Дима. — Хотя все-таки Альберту Поликарповичу вполне могло стать плохо.
— Слушай, ты, зануда, — процедила сквозь зубы Маша. — Если я еще раз услы…
Тут она осеклась. И было из-за чего. Дверь дома Альберта Поликарповича со скрипом отворилась. Ребята вздрогнули.
— Кажется, он услышал нас, — прошептал Дима.
Миг — и близнецы укрылись за густым кустом жасмина. Едва дыша, они стали вслушиваться в тишину. Со стороны крыльца до них донеслись сначала тихий шорох, а затем шепот. Слов, однако, было не разобрать. Маша первой решилась выглянуть.
— Смотри, — дернула она брата за рукав.
Димка тоже выглянул. На крыльце стояли трое. Двое высоких мужчин по бокам, а между ними — третий, на голову ниже их ростом, которого они крепко держали под руки.
Близнецы обменялись выразительными взглядами. Двое мужчин, по-прежнему бережно поддерживая под руки своего более мелкого спутника, спустились с крыльца. И пошли по заасфальтированной дорожке, которая вела к воротам. Как раз в тот момент, когда странная компания поравнялась с жасминовым кустом, за которым, мелко дрожа, прятались близнецы, невысокий мужчина издал протяжный стон.
— Ничего, ничего, — ободрил его один из высоких мужчин. — Сейчас доберемся. Укольчик вам сделают. И все будет тип-топ.
Близнецам показалось, что вся компания ускорила шаг. Вскоре до Маши и Димы донесся лязг калитки. Трое мужчин явно вышли за ворота.
— Говорил же тебе, — с возмущением посмотрел Дима на Машу. — Поликарповичу-то действительно плохо. Только вот не пойму никак, зачем эти двое его куда-то поволокли. Не проще ли скорую на дом вызвать. На даче ведь есть телефон.
Не успел Димка это проговорить, как в конце улицы послышался рокот мотора.
— Объясняю для особо тупых, — с чувством большого внутреннего превосходства ответила Маша. — У этих двоих мужиков есть машина. А значит, они совершенно правильно поступили. Десяти минут не пройдет, как они Поликарповича в Задорскую больницу доставят. А скорая помощь до нашего поселка иногда час добирается. Помнишь, как прошлым летом у бабушки подскочило давление?
— Этого я до конца своих дней не забуду! — пылко заверил сестру Дима.
Ровно год назад у бабушки Димы и Маши, пожилой и величественной ученой дамы Анны Константиновны Серебряковой, случился гипертонический криз. В то время на даче были, кроме нее, только внуки. Они-то и вызвали скорую помощь.
Правда, еще до ее прибытия Димка, прочтя медицинскую энциклопедию и основательно перетряхнув домашнюю аптечку, вполне успешно понизил
Анне Константиновне давление.
Так что, когда наконец час спустя после вызова скорая прибыла, бабушка близнецов была почти в норме. Расспросив Диму, какие он давал лекарства больной, врач остался удовлетворен проведенным лечением. Правда, уже садясь в машину, смущенно признался, что вообще-то он хоть и доктор, но, так сказать, не человеческий.
Близнецы сперва ничего не поняли. Тогда врач объяснил. Квалифицированного персонала на местной станции скорой помощи катастрофически не хватает. Вот он и подрабатывает в ночные часы. Хотя сам по профессии ветеринар. И работает на свиноферме, которая находится по соседству.
— Теперь, надеюсь, ты врубился, зачем эти двое сами Поликарповича повезли в больницу? — еще раз повторила Маша.
— Теперь да, — кивнул брат. — Но все равно как-то странно. Поликарпович ведь человек одинокий. У него даже единственный сын пять лет назад в Штаты уехал. Откуда же взялись эти двое мужиков? Да еще среди ночи?
— Тебе-то какая разница! — уже начала выходить из себя сестра. — Мало ли кто и зачем к Альберту Поликарповичу в гости приехал? Главное, что он не один оказался. И ему вовремя пришли на помощь.
— Все равно как-то странно, — упрямо повторил брат.
— Ну вот что, мой милый, — окинула его суровым взглядом сестра. — Предлагаю о странностях судьбы Альберта Поликарповича поговорить позже.
— Почему это позже? — совершенно не собирался откладывать на потом столь интересную, по его мнению, тему Димка.
— Потому что Петька и Настя нас сейчас убьют, — ответила Маша. — К твоему сведению, они уже полчаса нас дожидаются.
— Ну и что? — пожал плечами брат. — Мы же не просто так. Мы человека спасали.
— Ну и наглец! — возмутилась девочка. — Это, выходит, ты человека спасал?
— Я хотел спасти, — немного смутился брат. — Мы же с тобой не знали про тех двоих мужиков.
Но Маша его не слышала. Она уже устремилась на всех парах по направлению к Петькиной даче. Димка поспешил следом. Близнецы пробрались сквозь лесистую часть участка Альберта Поликарповича в переулок. Там было совершенно пусто. Впрочем, Машу и Диму это не удивило, ведь на дворе была уже глубокая ночь.
Вот почему Дима и Маша, никем не замеченные, благополучно достигли участка Мироновых. Огромная двухэтажная Петькина дача встретила их темными окнами. Димка и Маша переглянулись. Пока все шло согласно плану. Петька и Настя должны поджидать близнецов в шалаше на участке.
Брат и сестра отодвинули давно надломанную Петькой штакетину в заборе и без особых предосторожностей пустились по направлению к шалашу. Вскоре они достигли цели.
— Эй! — первым просунул голову в шалаш Димка.
Никто ему не ответил. Димка, пригнувшись, вошел внутрь. В шалаше никого не было.
— Машка, — позвал сестру мальчик. — Они куда-то девались.
— И все из-за тебя, — сердито отозвалась девочка.
— Я-то при чем? — удивился Димка.
— Он еще спрашивает, — с упреком проговорила Маша.
— Естественно, спрашиваю, — подтвердил брат.
— Сперва тебя угораздило зацепиться, — начала перечислять его недавние подвиги Маша. — А потом ты начал изображать из себя милосердного самаритянина, а вернее скорую помощь.
— Что же, по-твоему, — вновь принялся возмущаться Дима, — человек у меня на глазах почти умирает, а я должен мимо пройти?
— Не знаю уж, что ты там должен, — ответила Маша, — но все наши планы сегодня из-за тебя…
Тут где-то неподалеку громко хрустнула ветка. Близнецы, разом оставив споры, вмиг опустились на корточки. Оба, не сговариваясь, подумали об одном и том же: похоже, Петькины предки их засекли. Страшно было даже вообразить, что за этим последует.
— Машка, Димка, — внезапно послышалось за спинами близнецов.
Они обернулись и увидели широкоплечего коренастого Петьку. Тот каким-то образом умудрился подкрасться почти вплотную к ним. Из-за Петькиного плеча, поблескивая огромными зелеными глазами, выглядывала Настя.
— Испугались? — заговорщически подмигнула она близнецам.
— Очень смешно, — проворчал Димка. — Ищешь их, ищешь, а они издеваются.
— Ну ни фига себе, — уставился на него Петька. — Мы с Настей уже полчаса вас ждем.
— Думали, с вами случилось что, — подхватила Настя.
— Где вас носило? — нахмурился Петька.
— Не нас, а его, — кинула на брата уничтожающий взгляд Маша. — Сперва он, видите ли, зацепился.
— Зацепился? — хором переспросили Петька и Настя.
— Майкой за колючую проволоку, — усмехнулась Маша.
— Где? — задал новый вопрос Петька.
— На участке Положенцева, — внесла ясность Маша.
— Чертова проволока, — проворчал Димка. — Еле выпутался.
— Расставшись с кусочком новенькой маечки, — ткнула брата в бок Маша.
— Димка верен себе, — подмигнул остальным Петька.
Тут он был совершенно прав. У Серебряковых в подобных случаях говорили, что Димка — вылитый дедушка. Покойный профессор Серебряков тоже постоянно на что-нибудь натыкался и куда-нибудь падал. Международному ученому сообществу был широко известен случай, когда, выступая с докладом на конгрессе биологов в Париже, светило мировой науки академик Серебряков умудрился упасть со сцены в зрительный зал вместе с массивной трибуной.
Впрочем, судя по воспоминаниям современников, похожие казусы случались с профессором и академиком Серебряковым почти каждый день. Димка же будто задался целью продолжить славную семейную традицию.
— Значит, пока мы вас ждали, Димка отцеплялся? — спросила Настя.
— Ничего подобного, — покачала головой Маша. — Он еще успел спасти жизнь Положенцеву.
— Каким образом? — уставился на близнецов Петька.
— Да никого я не спасал, — поторопился предупредить новые насмешки Димка.
— Это верно, — не удержалась от новой колкости Маша. — Димочка просто застыл, как столб, возле дачи Положенцева и принялся рассуждать, плохо Альберту Поликарповичу или не плохо.
— Значит, мы с Петькой тут волновались, а он там стоял! — сердито засверкали огромные глаза у Насти.
— Я не стоял, а хотел спасти, — стал защищаться Димка.
— Слушайте, — вмешался Петька. — Давайте-ка изложите в темпе, что с вами произошло. А потом наконец надо делом заняться. Если мы не поторопимся, так вся ночь и пройдет.
— Действительно, — поглядел на часы Димка. — Нам ведь еще до рассвета хорошо бы по домам разойтись.
Остальные кивнули. Никто из старших даже не подозревал об их ночной вылазке. И разумеется, она должна была остаться совершеннейшей тайной.
Близнецы, перебивая и дополняя друг друга, рассказали обо всем, что видели на участке Положенцева.
— Удачно, что эти двое у него как раз этой ночью в гостях оказались, — задумчиво произнес Петька. — Хотя вообще-то, — добавил он, — странное совпадение.
— Почему? — спросила Настя.
— Да потому что у Положенцева почти никогда не бывает гостей, — объяснил Петька. — Особенно приезжих. Ну да ладно, — махнул он рукой. — Все хорошо, что хорошо кончается. А нам пора взяться за дело. Пошли.
И он первым шагнул в шалаш. Остальные последовали за ним. Петька уже нашарил рукой фонарик. Шалаш залил тусклый свет. Все опустились на старые диванные подушки.
— Ну, — посмотрел на друзей Петька. — Будем клятву сегодня давать?
— Он еще спрашивает! — мрачно воззрился на него Димка. — Зря мы целый день голодали?
— Не зря, — кивнул Петька.
— Только при свете фонарика клятву давать нельзя, — вмешалась Настя.
— Какая разница, при каком свете ее давать? — отмахнулся Димка.
— Между прочим, очень большая, — поддержал Настю Петька. — Ритуал принятия клятвы — дело древнее и таинственное. В нем заключен особый магический смысл.
— Вот именно, — энергично кивнула головой Настя. — Поэтому клятвы всегда дают среди ночи и при свечах.
— Делайте как считаете нужным, — сдался Димка.
— Не как мы считаем, — солидно проговорил Петька, — а как требуется по правилам. Только, — удрученно сказал он, — в шалаше ни одной свечи нету.
— Что бы вы без меня делали, — весело отозвалась Настя и вытащила из кармана маленькую круглую свечку в плошечке.
Ребята облегченно вздохнули. Петька поднес к свече зажигалку, которую всегда предусмотрительно носил с собой: мало ли что может в жизни случиться.
— Вообще-то лучше бы спичками, — засомневалась Настя.
— Это уже предрассудки, — заспорил Петька. — Каждое время диктует свои условия.
— Естественно, — поддержал друга Дима. — Если во всем следовать старым правилам, то нам вовсе не спички требуются.
— Именно, — на сей раз согласилась с ним сестра. — Ты бы, Настя, еще предложила добыть огонь с помощью трения.
Петька тем временем погасил фонарик. Просторный шалаш погрузился во тьму, из которой неровное пламя свечи выхватывало тусклыми всполохами лишь бледные лица четверых друзей.
— Так, — хриплым голосом произнес Петька. — Начали.
— Давай ты первый, — посмотрел на него Дима.
— Нет, — покачал головой тот. — Такие клятвы надо всем вместе давать.
— Вот именно, — одобрила Настя. — Это будет по правилам.
— Можно подумать, она у какого-нибудь колдуна курс проходила, — не сводил с нее глаз Дима.
— Курс не курс, а кое-что знаю, — настаивала Настя. — И вообще, при чем тут колдуны?
— Ладно вам препираться, — призвал всех к порядку Петька. — Обычно подобные клятвы приносятся так, — солидно изрек он. — Все рассаживаются вокруг свечи. Потом берутся за руки. И хором произносят клятву. Вы текст хорошо запомнили?
— Там и помнить-то нечего, — с пренебрежением отмахнулся Дима.
— Очень, гляжу, ты важный, — обиделся Петька, который добрых два часа промучился над текстом клятвы.
— Не обращай на него внимания, — скривила губы в усмешке Маша. — Димка всегда говорит, что выучил, а потом двойки хватает.
— Отстань, — огрызнулся брат. — Это мое сугубо личное дело.
— А из-за кого мы этим летом на дачу никак не могли выехать? — мстительно проговорила сестра. — Он, видите ли, по два раза каждый экзамен за седьмой класс пересдавал, а я его дожидалась. И все это называется Димочкино сугубо личное дело! — захохотала Маша.
— Слушайте, — с укором посмотрел на близнецов Петька, — вы сейчас моих предков разбудите. Я повторяю: клятву все помнят?
Остальные кивнули.
— Беремся за руки, — продолжал командовать Петька.
Ребята мигом исполнили приказ. Пламя свечи внезапно сделалось ярче.
— Ого! — разом вырвалось у ребят.
— Начали! — шепнул Петька.
— Мы, — начали хором друзья.
— Петр Миронов, — отчетливо прошептал Петька.
— Дмитрий Серебряков, — подхватил Димка.
— Мария Серебрякова, — раздался взволнованный голос его сестры.
— Анастасия Адамова, — тряхнув густой гривой огненно-рыжих волос, произнесла Настя.
Настала короткая пауза, после которой ребята продолжили тихим, но стройным хором:
— Вступая в Тайное братство кленового листа, клянемся всецело служить его благородным целям, которым отныне и посвящаем себя без остатка.
Торжественный хоровой шепот прошелестел под сводами шалаша и смолк. Внезапно сверкнула такая яркая молния, что на улице стало светло как днем. В следующий миг ночную тишину прорезал оглушительный раскат грома. Затем все смолкло.
Продолжение в книге «Тайна пропавшего академика».
Заказать:
