Вот так книга!
Патефон на чердаке. Отрывок из книги «Две щепотки счастья»
4 октября 2021 497 просмотров
Вот так книга!
Патефон на чердаке. Отрывок из книги «Две щепотки счастья»
4 октября 2021 497 просмотров

Дарья Гордеева
Дарья Гордеева

В лесу Четырех озер, где-то на границе Финляндии и Карелии, обитает загадочный народец пирре. У них большие-пребольшие уши и длинный хвост, они почти никогда не мерзнут, но все равно любят кутаться в теплый плед и заваривать чай с вареньем из княженики. Кажется, будто пирре вышли из сказок о Мумми-троллях или из приречной страны Простодурсена. Но на самом деле они — герои новой книги молодого писателя Артемия Извольского «Две щепотки счастья».

Публикуем отрывок из главы «Патефон на чердаке», чтобы вы могли ближе познакомиться с волшебным миром леса Четырех озер.


Две щепотки счастья

Сеппа доел очередную коврижку и предложил:

— Может, ещё чаю?

Тимо устало откинулся на спинку стула. Каждый из них выпил уже по шесть чашек чая и съел столько варенья, что даже страшно представить. За окном почти стемнело, а вещи Сеппы так и лежали на поляне.

— Нет, хватит. Пора обустраивать тебе комнату.

Скрипнул стул: это Ханну сбежал из-за стола. Помогать таскать пожитки Сеппы ему совсем не хотелось. Одно дело — пить чай в уютном домике и совсем другое — таскать тяжести поздним вечером в лесу. И это ещё не говоря о привидениях и оборотнях!

— Доброй ночи! — Над входной дверью звякнул колокольчик, и Ханну исчез.

А Тимо стал думать, куда бы поселить Сеппу. Белка копалась в буфете в поисках выпечки и начинать переезд особо не торопилась.

— На первом этаже я жить не буду, — сразу заявил Сеппа. — Призраки всегда заходят через окна на первом этаже.

— А если у нас в лесу поселился не призрак, а оборотень?

— Тем более. Оборотни именно нами, белками, и питаются.

Сеппа выудил засохший коржик и принялся его грызть. А вот у Тимо стало на два варианта меньше. Ведь гостевые спальни в домиках пирре располагались на первом этаже. Может быть, разместить Сеппу наверху, в библиотеке? Тимо любил читать по вечерам, но эту зиму он может спускаться к камину. Или читать вместе с Сеппой: вдвоём всегда интереснее!

— А как насчёт комнатки на втором этаже? Она не такая уж и большая, зато недалеко от лестницы, а из окна виден наш ручей!

— Это которая над крыльцом? — уточнил Сеппа. — Да, и там ещё есть два уютных кресла!

— Не подходит, — огорчилась белка. Оборотни хорошо лазают, им вскарабкаться на крышу крыльца — раз плюнуть. А рядом окно и мягкий, вкусный, красивый, прекраснейший Сеппа.

Второй этаж был меньше первого, и комнаток наверху было всего две. Не мог же Тимо поселить Сеппу у себя в спальне! А спать у лестницы, даже если там стоит диванчик с лампой, очень неудобно.

— Тогда оборотень куда угодно может забраться, — сказал Тимо. — И от него в моём домике не спрячешься…

И тут он вспомнил про чердак! Там, конечно, беспорядок, но помещение пустует, и его вполне можно приготовить для Сеппы. В конце концов, у самого Сеппы столько вещей, что среди старых плащей и дырявых резиновых сапог, рамочек для фотографий и наборов блюдец, давным-давно подаренных тёткой Пириттой, он будет чувствовать себя как дома. А с табуретками и креслом Сеппы на чердаке как раз найдётся куда сесть!

Идея поселиться под самой крышей Сеппе очень понравилась. На чердаке было лишь два небольших круглых оконца — ни один призрак не подкрадётся! К тому же белки привыкли жить высоко, и Сеппа не мог представить себе места лучше.

Хотя лестница на чердак была приставная и, честно говоря, хлипкая, Сеппа взбегал по ней мгновенно, даже когда у него на спине болтался мешок со скарбом. Скакать по лестнице намного удобнее, чем по сосне! И помощь Тимо почти не понадобилась: он лишь складывал вещи на крыльцо, а Сеппа носился туда-сюда, заполняя своё будущее гнёздышко под крышей.

— Закончили! — наконец радостно сказал Сеппа и уселся в своё кресло. На чердаке теперь стало совсем не пройти, но Сеппу это только радовало: никто чужой не проберётся!

А вот Тимо такая неразбериха радовала куда меньше.

— Послушай, а если мне что-то срочно понадобится? Например, эти грабли.

— А ты перенеси всё необходимое в кладовочку. Она почти пустая! Я тебе помогу. Зато потом, когда я съеду в новое дупло, ты сможешь обустроить на чердаке полноценную комнату.

Эта идея Тимо понравилась. Сеппа сбегал вниз запереть дверь на все возможные засовы и крючки и принялся помогать хозяину разбираться с его собственными вещами.

— От какого-то хлама надо совсем избавиться. — Он вытащил блюдца тётки Пиритты и с сомнением посмотрел на безвкусный узор из цветочков. — Ты когда-нибудь ел из них?

Тимо мотнул головой. И правда, надо бы их кому-то отдать. Например, отправить тётке Катри, у неё как раз скоро день рождения.

— Всё поломанное — в подвал… А это что такое?

Сеппа вытащил аккуратный чемоданчик. Он был закрыт на замок, но Тимо быстро нашёл к нему ключ. У пирре все ключи хранятся в одном месте, так что любой замок в их доме всегда можно отпереть — нужно лишь набраться терпения.

— Так это же патефон! А в той коробке, должно быть, патефонные пластинки.

Пластинок оказалось так много, что Сеппа чуть было не упал под их весом. Тимо порылся в куче, достал диск с большим красным кругом посередине и принялся крутить ручку патефона.

— Вальс «Послание, которое принёс вечерний ветер», — гордо объявил он.

Сеппа тут же прыгнул в своё кресло, а старый патефон заиграл. Он немного поскрипывал и что-то бурчал, но друзья не обращали на это внимания. Поздним осенним вечером вальс из прошлого века даже пыльный чердак превратил в уютную комнатку. Тимо решил отнести патефон в гостиную: теперь каждый раз, когда они с Сеппой после ужина соберутся внизу, у них будет музыка. Испечь пирог, поставить пластинку и достать любимую книжку — и никакие холода их не напугают.

Вальс закончился, пластинка перестала вращаться, и Тимо мечтательно проговорил:

— Видишь, как здесь чудесно! А ты боялся каких-то оборотней.

Сеппа кивнул. Здесь, в домике на поляне, ему никто не был страшен!

И тут раздался вой. Прерывистый и жуткий, он шёл прямо из чащобы, то затихая, то возобновляясь. Было в нём что-то одновременно волчье и человечье, будто за ручьём сидел настоящий оборотень.

В дверь забарабанили, и Сеппа юркнул под кресло. Он придвинул патефон, чтобы за ним никто не увидел белку. А Тимо прислушался.

— Это же Ханну!

— Оборотни могут и в пирре превращаться, — раздалось из-под кресла. — Я бы вот так просто дверь не открывал.

Но Тимо не стал его слушать. Он выставил лестницу с чердака. Осталось только спуститься по ступенькам на первый этаж и отпереть дверь. Едва пирре оказался внизу, Сеппа втянул лестницу и забаррикадировал проход на чердак.

Когда Тимо открыл дверь, на крыльце стоял лишь Ханну. В войлочных тапочках и тёплом халате.

— Такой ужас! — затараторил Ханну, пока Тимо запирал за ним. — То загадочная деревянная штуковина, то этот вой… В нашем лесу определённо завелось что-то призрачное!

Вой раздался с новой силой, и друзья побежали наверх, к чердаку. Но приставной лестницы не оказалось, а проход был закрыт.

— Сеппа! — крикнул Тимо.

Люк приоткрылся, и оттуда высунулась беличья мордочка. Осмотрев пирре, мордочка спряталась обратно.

— Оборотней и два может быть, — раздалось с чердака. — Думаю, что пирре и на втором этаже переждут.

— А белки и в сугробе перезимуют, — сказал Ханну.

Тишина. Сеппа слишком испугался, чтобы так просто сдаться. Тимо вздохнул. Придётся прибегнуть к крайним мерам.

— Или у госпожи Тасси. У нее всё ещё пустует сарай.

Люк тут же распахнулся, и из проёма опустилась лестница.

— Быстрее! — пропищал Сеппа. Лучше уж оказаться запертым на чердаке с оборотнями, чем провести зиму с госпожой Тасси.

Сумерки сгустились рано, и на чердаке уже было темно. Ханну споткнулся об очередную табуретку Сеппы, но Тимо успел его подхватить. Так, держась друг за друга и ударяясь о пожитки Сеппы, друзья добрались до стульев. А Сеппа снова юркнул на кресло.

— У тебя здесь нет свечей? — спросил Ханну. — Свечи есть. Спичек нет.

— Но на кухне-то они должны быть!

— На кухню никто не пойдёт! — крикнул Сеппа. — До утра чердак закрыт. Исчезнут призраки — пожалуйста, ходите куда угодно! Если пирре безрассудны, придётся их защищать Сеппе.

Однако вскоре друзьям показалось, что на чердаке стало светлее. Глаза привыкли к полумраку, и Тимо уже мог различить шкафчики и табуретки. А прямо перед креслом он разглядел патефон.

— Может быть, ещё послушаем музыку?

Конечно же, Ханну с Сеппой были только за. Тимо наугад выбрал пластинку и принялся крутить ручку. Вечерний чердак наполнили звуки задумчивого аккордеона.

— «Осенняя тоска», — прошептал Тимо. Это было его любимое танго.

Он посмотрел в слуховое окошко. Рваные облака казались совсем тонкими, почти прозрачными; сумерки только-только растаяли, и на небе засияли звёзды. Свечи точно были бы лишними: полутьма словно сделала крышу невидимой, и перед пирре предстало октябрьское небо. Тимо даже смог различить стаю гусей; они направлялись на юг. Наверняка из Лапландии.

Сеппа свернулся калачиком в кресле и спал, мерно похрапывая. Ему снилось что-то своё, беличье, и время от времени он дёргал хвостом. Наверное, видел горки орехов.

А Тимо с Ханну до самого рассвета беседовали и смотрели на звёзды.

Продолжение истории читайте в книге «Две щепотки счастья»

Похожие статьи